08.11.2010 / 15:56

Тобин Белл: В «Пилу» я внес нечто большее, чем жестокость

Седьмая часть феноменально успешной хоррор франшизы «Пила» появилась на экранах кинотеатров 29 октября. Корреспонденту удалось пообщаться с иконой хоррора XXI века Тoбином Белом, который играет центрального персонажа — Джона Крамера, по прозвищу «пила».

«Пила 3D» — финальная часть одной из самых успешных хоррор франшиз в истории кино… Это действительно последняя часть?

— Это не мое решение, знаете… Это как спрашивать у лейтенанта о том, что решил генерал… Думаю ли я, что это — конец? Я думаю, это хороший момент закончить проект. Я видел фильм пару дней назад и думаю, что картина ответит на многие вопросы. Фанатам нравится, когда все кусочки паззла собираются в одно целое. Само название говорит, что это — последняя часть… Правда, если бы мне было решать, наверное, я бы как-то более конкретно об этом сообщил… Поживем — увидим, как говорится… Что думаю я, не имеет никакого значения…

Финальная часть — это также прощание с вашим персонажем… Насколько эмоциональным был этот момент?

— Он не был эмоциональным, но я всегда думал, что в Джоне Крамере, как персонаже, было много потенциала. Как актер, я смотрю на сложных персонажей, и у Крамера множество интересов, от инженерии до философии, он очень начитан и, что важно, полностью предан своему делу. Сыграв Крамера во всех семи частях, вложив много усилий в исследование его характера, понятие ролевых требований, ощущение такое, будто бы я преодолел огромнейшую гору. Я рад, что сумел, что остался жив, и при этом остается сильное эмоциональное воспоминание об этом приключении. Какая-то ностальгия, что ли, но кроме Крамера существует множество других интересных персонажей.

Как отразилось участие проекта на вашей ежедневной жизни в течение последних семи лет съемок?

— Наверное, в какой-то степени, отразилось… Но я на нем не концентрируюсь… Это не стало какой-то идеей фикс, если вы об этом. Джон Крамер — человек технического склада ума, он очень точен в своих действиях. Меня же всегда интересовала наука, точность и концентрация на мельчайших деталях; — это то, что нас объединяет. Я постоянно себя спрашиваю: «Почему Джон так говорит, почему он делает то, что он делает». Я анализировал его, что, само по себе, весьма технический подход. Джон, видите ли, не самый эмоциональный человек. Он находится вне всего этого… С таким же успехом, он мог бы жить на Марсе. Ему неважно, что думают другие, он уже давно сделал свои выводы.

Все мы жалуемся на жизнь, но мало кто из нас, что-то меняет, что-то делает по этому поводу, особенно, когда менять особенно сложно. Он же что-то делает, неважно, согласны вы с ним или нет. Он руководствуется своей точкой зрения о том, как люди ценят жизнь и как они к ней относятся. Это то, что им движет. Я никогда не думал, что Крамер — плохой человек, да и события в фильме это покажут… От меня не требовалось показать монстра, я играл его с человеческой стороны, и вы сможете, хоть в небольшой степени разглядеть в нем человека. Все части несли какие-то интересные идеи, как, например, умение ценить то, что нам дано, или иметь все, но ничего не ценить. Последнее, мне кажется, самое большое в фильме, потому что, это действительно так.

Ко мне подходили 11-летние парнишки, и говорили, что фильм их чему-то научил. «Чему?» — спрашиваю я. И один из них говорит: «когда ты спрашиваешь у детектива, чтобы тот поменял в своей жизни, если бы знал точное время своей смерти». И это говорит 11-летний пацан на скейтборде. Он и его друзья обсуждают не спецэффекты и не ловушки, а те концепты, на которых построен весь проект. Фильм оставляет след, это все подано с такой насыщенностью, что невозможно не задуматься. Я всегда с уважением относился к этим философиям, и мне хочется верить, что мне удалось внести что-то большее, чем просто сумасшествие или жестокость.

Кто ваши фанаты? Немножко странно, когда 11-летние смотрят «Пилу», не кажется?

— Это решать их родителям. Фильм интересен. К тому же, те, кто не смотрят фильм, или не видели ни одной серии, воспринимают все слишком серьезно. Те кто, смотрят, умеют также смеяться над такими вещами, они не воспринимают действие слишком близко к сердцу. Ко мне обращались родители, которые говорили о том, что они посмотрели какую-то часть, лежа в кровати, с ребенком между ними. Это был отличный опыт для них, и ребенок не был напуган тем, что происходило на экране, хотя иногда он прятался под одеялом. Я поинтересовался: «Сколько ребенку? Девять?».

Как-то мне позвонил мой друг, дантист из Нью-Йорка и сказал: «Я совершил большую ошибку, Тобин. Я со своим шестнадцатилетним сыном смотрел одну из частей „Пилы“ и мой малыш, ему девять, прокрался в комнату и, видимо, посмотрел фильм. Теперь он не может спать». Я сразу не понял, к чему это он. В итоге, он попросил меня поговорить с его сыном. Ситуация в их семье вышла из-под контроля, его жена сильно обозлилась на него. В общем, я поинтересовался, когда я смогу застать их дома и в тот же вечер отправился в графство Вестчестер в Нью- Йорке. Я тогда сказал мальчику: «Послушай, кровь в фильме не настоящая, мы там тусуемся, едим пончики, смеемся и пьем молоко. Это весело. Это почти как ставить сценку в школе. Только нужно, чтобы выглядело правдоподобно».

Под конец он начал говорить. Говорил и говорил, я просто не мог его остановить. Потом он представил меня своим братьям. Этот вечер, кажется, исправил ситуацию в доме. Но самое главное, так бывает не только с «Пилой». Да, а как насчет родительских обязанностей? Ведь люди, которые идут в кино на хоррор фильмы, они — фанаты жанра. Они не воспринимают фильмы слишком серьезно. Они идут, чтобы получить заряд адреналина. Все очень просто. Этот тот элемент жанра, который отличает хоррор от романтических комедий или экшнов. Это та самая неконтролируемая физическая реакция!

Узнают ли вас на улице?

— Да, если люди видели фильмы, то да. Вообще, эти люди делятся на тех, кто видел «Пилу» и совершенно подсел на фильм, и на тех, кто все еще говорит со мной об участии в «Сайнфилд» (1990), «Клане Сопрано» (1989) или «Фирме» (1993).

Как поклоннику кино, нравится ли вам жанр хоррор? Как легко вы пугаетесь?

— Через хоррор можно донести столько же, сколько с помощью любого другого жанра. Нужен хороший сценарий. Более того, благодаря той самой физической реакции, про которую я говорил раньше, хоррор может донести больше, оставить глубже след, в отличие от романтических комедий. Да, сценаристы «Пилы» выполнили отличную работу в этом плане. Проект получился интеллектуальным, и фанаты любят «Пилу».

Мне нравятся хорошие фильмы. Я бы привел в пример хоррор фильм «Спуск» (2005). Первый 45 минут зритель следит за развитием отношений между группой женщин, которые собираются спуститься в пещеру. В течение этого времени ты их немного понимаешь, ты им сочувствуешь. Это делает фильм сильнее, потому что ты не просто следишь за каким-то кровавым месивом, а переживаешь за героев, им сочувствуешь. Затем выясняется, что в пещере есть еще какие-то кошмарные существа. Но самым страшным моментом для меня было видеть, как одна из героинь застряла в гроте и не смогла выбраться. Почему? Потому что я переживал за нее. Я мог почувствовать, что чувствует она. Нет никакой необходимости в навороченных спецэффектах и много бюджетном производстве для того, чтобы создать хороший хоррор фильм. Являюсь ля и фанатом этого жанра? Гораздо больше, чем я когда-то был, это точно. Потому что теперь я понимаю, почему люди смотрят хоррор. Я видел, с каким энтузиазмом люди ходят на эти фильмы, в отличие от любых других жанров. Они не просто ходят в кино по пятницам и выбирают, чтобы посмотреть. Это часть их жизни.

Считаешь это интересным? Поделись с друзьями.
Источник: Way to blue
Просмотров: 1095 | верcия для печати
Читайте новости по темам: Кино, Личности, way to blue

Другие новости рубрики:

 Комментарии  0